Экспозиция раскрывает удивительную эволюцию художника, которого мир знает как главного хранителя балетного романтизма. Страстью всей его жизни и центральной темой коллекции стал «Белый балет» 1830–1850-х годов — эпоха культа возвышенной, почти бесплотной Балерины. Идеальным воплощением этого идеала для Лакотта всегда оставалась Мария Тальони, первая Сильфида. Именно она, танцуя на кончиках пальцев в сшитом для неё полупрозрачном платье-пачке, подарила миру образ неземной воздушности и ввела моду на романтический «полёт» в танце.
Выставка «Пьер и Сильфиды». Зал «Полет Тальони».
Фото: Санкт-Петербургский государственный музей театрального и музыкального искусства
Но кураторы приготовили сюрприз, ломающий стереотипы: начинал-то Лакотт как ярый модернист и экспериментатор! В 1950–60-е годы он, будучи художественным руководителем авангардной труппы, создавал дерзкие работы в коллаборации с великими музыкантами своей эпохи. На выставке можно будет увидеть фрагменты его ранних балетов: «Парижский мальчишка» на музыку Шарля Азнавура, «Ночь-волшебница» в ритмах Сидни Беше, «Голос», созданный вместе с Эдит Пиаф. Этот контраст подчёркивает глубину его преображения: от бунтующего парижанина до влюблённого исследователя, скрупулёзно восстановившего для мира утраченную легенду — балет «Сильфида» 1972 года.
Выставка «Пьер и Сильфиды».
Фото: Санкт-Петербургский государственный музей театрального и музыкального искусства
Выставка построена как путешествие по вселенной Лакотта: от трогательного детского альбома с первыми вырезками о балете до изысканных предметов его коллекции — гравюр, литографий, костюмов и афиш. Особое место отведено Марии Тальони: посетители увидят реконструкцию её изнурительного ежедневного урока, бронзовую ножку Тальони, знаменитую туфельку балерины и даже страницы дневников, собственноручно переписанные хореографом в ходе исследований.
Костюмы балерин, исполнявших партии в балетах Пьера Лакотта.
Фото: Санкт-Петербургский государственный музей театрального и музыкального искусства
В проекте участвуют не только бесценный архив Лакотта, но и жемчужины из фондов музея, Большого театра и Эрмитажа. Художественное решение Юрия Сучкова погружает зрителя в атмосферу грёз и тумана. Пространство будто растворяется в волшебном неземном мире, где порхают воздушные Сильфиды, напоминая, что этот образ — вечная романтическая метафора: недостижимый идеал, ускользающая красота и безграничная сила воображения.
Выставка «Пьер и Сильфиды» организована в рамках XI Санкт-Петербургского международного форума объединенных культур и продлится до 5 апреля.
